Мы уже говорили о светлых страницах нашей истории. Сегодня — об одной из самых горьких. Не о поражении, а о сознательном выборе, который спас армию, но отдал врагу древнюю столицу. И о том, как в этом горе проявилась сила русского духа, которую не смог сломить Наполеон.
14 сентября 1812 года. Наполеон вошёл в опустевшую Москву.
После Бородинского сражения Кутузов отступил. Не потому, что проиграл, а потому, что сохранил армию. На военном совете в Филях он сказал: «С потерею Москвы не потеряна ещё Россия». И оставил город без боя. Москва опустела. Из 270 тысяч жителей осталось не более 10 тысяч. Французы вошли в мёртвый город, из которого ушли жители, вывезли ценности, а что не смогли — сожгли.
В тот же день вспыхнул пожар.
Он охватил Китай-город, Замоскворечье, Арбат. Огонь бушевал несколько дней. Сгорело больше половины города — 6,5 тысяч домов из 9 тысяч. Наполеон стоял в Кремле и смотрел, как горит то, что он считал своей главной наградой. Он ждал делегацию с ключами, а получил пепелище.
Но самое главное было не в огне. Русский народ не покорился. Никто не вышел встречать «освободителя» с хлебом-солью. Ни один чиновник не подписал присягу. Церкви были разграблены, но вера не была сломлена. Люди уходили, унося иконы, молились в разорённых храмах. Дух оказался сильнее огня. Вера — сильнее страха.
Наполеон пробыл в Москве 36 дней, так и не дождавшись мира. А через два месяца началось отступление, которое закончилось крахом Великой армии. Это была не капитуляция, а жертва, ставшая началом Победы.
Мы помним эту горькую страницу. И знаем: сила русского народа — не в стенах, а в духе. Не в городах, а в вере. И пока это с нами, нас не победить.
