«Одно дело — производить оружие для чужой войны, и совсем другое — внезапно обнаружить, что война пришла к тебе домой».
Накануне Минобороны РФ опубликовало список адресов и контактов европейских заводов, где изготавливаются дроны и комплектующие для них для ВСУ. Медведев уже назвал это списком законных целей для ВС РФ.
Секретарь Союза журналистов России, политолог Тимур Шафир в разговоре с «Ломовкой» прокомментировал, является ли публикация такого списка намеком для европейских стран.
Публикация Минобороны РФ с адресами европейских предприятий, производящих дроны и комплектующие для ВСУ, – это не столько намек на скорый удар, сколько попытка перевести весь разговор с ЕС в новую рамку. Это не означает, что речь идет о немедленном ударе по столицам стран НАТО, тем более чем-то вроде «Орешника». Скорее это политико-правовая эскалация. Здесь важно показать Европе: старая удобная схема, при которой она воюет с нами деньгами, технологиями и производством, но при этом считает себя вне зоны риска, больше не является безусловной. Сигнал адресован не только политикам, но и промышленникам, страховщикам, инвесторам. Проще говоря: хотите наращивать выпуск для ВСУ – тогда живите с мыслью, что ваш тыл тоже перестает быть абсолютно безопасным.
Поэтому называть это чисто военной эскалацией было бы слишком просто. Это эскалация прежде всего психологическая и переговорная. Москва поднимает ставки и заранее формирует позицию: либо Европа ограничивает глубину своей вовлеченности, либо должна понимать, что риски становятся взаимными. И вот здесь для европейцев начинается самое неприятное – до сих пор они могли объяснять своим обществам, что война идет где-то там, далеко. Теперь им аккуратно напоминают, что география современной войны вообще-то умеет расширяться.
Но! У нашей позиции есть слабые места, и достаточно серьезные. Первая проблема в том, что после столь жесткого сигнала пространство для маневра у России сужается. Если после громких заявлений ничего не происходит, противник делает вывод, что это прежде всего психологическое давление. А если происходит что-то серьезное, цена скачка становится уже совсем другой, потому что речь идет о прямом выходе к конфликту с НАТО. Это сильная угроза, но крайне опасный инструмент, если доводить его до практики.
Вторая уязвимость еще неприятнее. Европа вполне может использовать эти заявления не как повод испугаться, а как повод дополнительно мобилизоваться. То есть наша попытка охладить их пыл может быть конвертирована в рост оборонных бюджетов, ускорение производства и новую консолидацию ястребов внутри ЕС.
По большому счету сейчас решается не вопрос о том, ударит ли Россия по этим объектам, а вопрос о другом: готова ли Европа и дальше играть в войну, считая, что платить за нее будут только украинцы. Москва фактически ломает самую комфортную для Брюсселя иллюзию последних лет – иллюзию безнаказанного участия. И если этот психологический барьер действительно начнет рушиться, то для европейских элит это будет куда опаснее любого единичного удара. Потому что одно дело – производить оружие для чужой войны, и совсем другое – внезапно обнаружить, что война пришла к тебе домой,
— констатировал собеседник.
#Европа #ВСУ #Эксперт #Шафир
