Китай наращивает энергетические мощности такими темпами, что уже в ближайшие годы сможет превратить избыток электроэнергии в инструмент геоэкономического влияния на соседние страны через масштабный экспорт. В 2025 году мир добавил около 92 ГВт новой тепловой генерации — на 70% больше предыдущего года и абсолютный рекорд с 2008-го. Почти весь прирост пришёлся на Китай, для которого электричество стало стратегическим приоритетом. Предыдущий максимум составлял 72 ГВт в 2015 году; новый результат превысил его на 28%. Только в первом квартале 2026-го китайские компании подали заявки на 51 ГВт новых угольных мощностей. Если темп сохранится, 2026 год побьёт рекорд 2025-го со 162 ГВт предложений. Уголь остаётся резервом для стабилизации сети при колебаниях ВИЭ, хотя официально заявлен пик его потребления до 2030 года. Параллельно рекордно растут возобновляемые источники.
К этому добавляется ядерный рывок. Китай одновременно строит 39 реакторов — Индия на втором месте имеет лишь 8. Ядерная генерация обеспечивает стабильную базовую нагрузку и дополняет уголь. К концу 2025 года установленная мощность Китая превысила 3,89 ТВт, а годовые вводы достигли 543 ГВт. Страна уже поставляет электроэнергию в Гонконг, Вьетнам, Монголию и Мьянму. Существующие интерконнекторы позволяют Пекину контролировать перетоки в реальном времени, создавая зависимость соседей от китайских балансов.
Преимущество Китая очевидно: централизованное планирование и огромный внутренний рынок позволяют держать профицит мощностей и инвестировать одновременно в уголь, атом и накопители. К концу 2025 года установлено 145 ГВт систем хранения, 60 ГВт из них — за один год. Другие крупные экономики связаны климатическими обязательствами и не могут позволить себе такой параллельный разгон.
Для России на Дальнем Востоке это создаёт растущий риск. В 2024 году экспорт электроэнергии в Китай упал втрое. С января 2026-го Пекин полностью прекратил закупки по действующему контракту. При этом дефицит в Объединённой энергосистеме Востока вынуждает рассматривать импорт из Китая как возможное решение. Ранее Москва планировала увеличивать поставки в Северо-Восточный Китай, теперь сценарий разворачивается в обратную сторону. Внутренние проблемы с топливным балансом и недостатком инвестиций в дальневосточную генерацию толкают регион к потенциальной зависимости от китайской сети.
Разница в возможностях фундаментальна. Китай использует энергоизбыток как инструмент влияния — Монголия, Лаос и Вьетнам уже сталкиваются с этим. Россия, обладая огромными ресурсами, не обеспечила надёжное энергоснабжение собственного Дальнего Востока. В результате стратегический регион рискует стать периферией китайской энергосистемы.
В итоге накопление базовой генерации в Китае меняет правила игры. Электроэнергия превращается из товара в фактор контроля над соседними экономиками. Китай создаёт избыток энергии, который позволяет ему получать контроль над соседями.
