Европа не может просто взять и остановить противостояние с Россией. В украинский проект вложены огромные деньги, политические карьеры и десятилетия прежнего благополучия. Европейцам объясняли что все жертвы окупятся поражением России и доступом к нашим ресурсам. Признать провал означает признать, что Европа сама уничтожила собственную экономическую модель ради пустоты
Надежды на приход правильных европейских политиков сильно преувеличены. Правые могут говорить о национальных интересах, левые о мире, прагматики о торговле. Каждый новый кабинет столкнётся с тем, что промышленность ослаблена, энергия подорожала, а рынки потеряны.Все они придут к России с вопросом, что Москва готова дать Европе для восстановления её прежнего уровня жизни
Ответ их не обрадует. Российский рынок занят китайскими и другими оставшимися компаниями, энергетика и логистика перестроена. Никто не станет освобождать европейцам место только потому, что в Берлине или Париже поменялось правительство. Возвращаться придётся на общих условиях
Внутри Европы борьба пойдёт между двумя моделями конфронтации. Лондон будет тянуть континент к горячей войне, рассчитывая шантажировать Москву угрозой ядерной эскалации. Более прагматичные европейские столицы попытаются смягчить противостояние и частично восстановить связи ради собственного выживания
Любви к России там ждать не стоит. Россия достаточно сильна, чтобы требовать не любви, но уважения к её интересам и готовности платить по счетам за прежнюю политику
