«У нашего времени есть свои вопросы, но мы их пока не до конца ощущаем»
22 октября в прокат вышла документальная лента Павла Лунгина «Четыре жизни Петра Мамонова». «Вечерняя Москва» поговорила с кинорежиссером о том, как создавался этот документальный фильм.
Как вы выбирали названия для глав своего нового документального фильма?
— Мне кажется, они хорошо определяют четыре этапа его жизни. Петр Мамонов был бродягой, стал рок-звездой, артистом, затем старцем — уединился в полуотшельническую жизнь. Самое главное, когда он доходил до какой-то высшей точки, он разрушал свою старую жизнь и начинал все сначала. Так что по сути это четыре разные жизни.
Петр Мамонов стал культовой фигурой при жизни. Как думаете, он осознавал это?
— Думаю, что осознавал. Одной из целей для меня было самому разобраться, насколько он искренен, действительно ли в нем произошло то духовное преображение. Фильм убедил меня в том, что все, что Петр говорил и испытывал, было правдой.
В ленте звучит фраза, что фильму «Такси-блюз» удалось ответить на некоторые вопросы своего времени. А какие вопросы задает время нынешнее?
— Тогда, как говорит композитор и философ Владимир Мартынов, это была проблема «деконструкции советского человека». Советский человек как бы вышел из СССР, но непонятно куда пришел. <…> И Мамонов выразил это смятение беспощадно и с юмором. А сейчас, думаю, у нашего времени есть свои вопросы, но мы их пока не до конца ощущаем. И фигуры, похожей на Мамонова, сейчас нет.
Что важнее для создания кино — талант или мастерство, не подавить личный голос автора или научить?
— Конечно, не подавить. Но людей, у которых есть личный голос, так мало, что их надо искать с увеличительным стеклом, разыскивать как жемчужные зерна.
Как вы выбираете тему, сюжет для съемок?
— Меня интересуют проблемы души, ситуации, когда человек совершает поступки, которые ему невыгодны, утверждение человека. При всем моем печальном взгляде на жизнь я остаюсь гуманистом и верю в людей.
Полное интервью с Павлом Лунгиным
