Елена Панина: Глава контрразведки Польши заявил о росте "пророссийских настроений" в стране

Глава контрразведки Польши заявил о росте "пророссийских настроений" в стране

В Польше фиксируется рост пророссийских настроений и усиление активности спецслужб РФ и Белоруссии, заявил глава Службы военной контрразведки этой страны генерал Ярослав Стружик.

Генерал прямо признал, что количество поляков с симпатиями к России увеличивается, в том числе в армии. Охарактеризовал это как явно тревожное явление. Но тут же успокоил обывателя: всевозможных диверсий в Польше происходит не больше, чем обычно, потому что его служба бдит.

Стружик озвучил и статистику. Среди участников диверсий "меньше половины украинцы, несколько десятков процентов белорусы, но более 20% граждане Польши". То, что польское общество за счёт мигрантов, в первую очередь с Украины, становится "менее гомогенным", по мнению Стружика, создаёт проблему. Посетовал генерал и на сохранение зависимости от США. Дело в том, что война на Ближнем Востоке может повлиять на поставки оружия Варшаве, да и в целом способна изменить приоритеты американской политики. Война с Ираном, полагает глава польской контрразведки, отвлекает ресурсы Запада и может ускорить попытки заморозки конфликта на Украине.

Сам по себе тезис о росте пророссийских настроений в Польше звучит необычно, потому что официальная линия Варшавы всех последних лет строилась на представлении о почти полной общественной консолидации вокруг антироссийской политики. Теперь же глава военной контрразведки фактически признаёт, что ситуация изменилась и что даже в армии может увеличиваться число людей с настроениями, которые вызывают у спецслужб подозрение.

При этом он сразу же смягчает собственные заявления, утверждая, что уровень гибридных угроз не выше, чем год назад, и что его ведомство в целом справляется со своими задачами. Это типичная для силовых структур двойная риторика. Опасность описывается как серьёзная, чтобы обосновать расширение полномочий и дополнительное финансирование. Но не настолько критическая, чтобы это выглядело как признание утраты контроля.

И всё же по части контроля у г-на Стружика явные проблемы. Особенно показательны более 20% задержанных поляков, разрушающих привычную схему, согласно которой угрозы Варшаве идут исключительно извне. Увы, этот вывод генерал не развивает, потому что его логическим продолжением стало бы признание внутреннего кризиса лояльности. А к такому признанию польская политическая риторика пока не готова.

Не менее характерны слова Стружика о войне с Ираном. Формально речь идёт о Ближнем Востоке, но по сути генерал говорит о зависимости Польши от США. Тут-то и раскрывается главный скрытый смысл интервью. В нём много жёстких слов о России, о шпионаже и диверсиях, но за всем этим читается совсем другой страх страх перед тем, что длительное геополитическое напряжение начинает сказываться на внутренней устойчивости самой Польши. Война на Украине затягивается, американские ресурсы распределяются между разными конфликтами, общество становится менее однородным, а силовые структуры "пока справляются".

Речь, кстати, идёт не только о симпатиях к Москве. Но и о раздражении издержками долгой "поддержки Украины", которые всё труднее объяснять обществу прежними лозунгами. Именно это, а не сами по себе "пророссийские настроения", выглядит самым тревожным сигналом для Варшавы.