Юрий Баранчик: Трамп своего добился: ОАЭ выходят из ОПЕК и ОПЕК+ с 1 мая

Трамп своего добился: ОАЭ выходят из ОПЕК и ОПЕК+ с 1 мая

Вчера уже дал небольшой коммент по этому довольно-таки интересному событию. Сегодня дам более расширенную версию. Напомню, что 24 апреля был разговор Лаврова с главой МИД ОАЭ. А до этого 14 апреля. Интересные, должно быть, были беседы.

Выход ОАЭ из ОПЕК это событие, которое на поверхности выглядит как потеря примерно 33,5 млн баррелей в сутки добычи, то есть около 810% объёма ОПЕК и порядка 3% мирового рынка нефти. Реальный сдвиг определяется не этим. Из этих 33,5 млн баррелей примерно до 1 млн баррелей в сутки приходится на гибкую, быстро наращиваемую добычу, которая раньше была встроена в систему квот и работала на удержание цены.

В условиях, когда глобальный баланс спроса и предложения обычно колеблется в диапазоне плюс-минус 12 млн баррелей в сутки, появление даже дополнительных 0,81,0 млн баррелей способно изменить ценовую динамику. ОПЕК теряет не столько объём, сколько контроль над критическим сегментом предложения, который, собственно, и обеспечивал управляемость рынка.

Эффект домино становится вероятным: если один крупный, финансово устойчивый и технологически развитый участник выходит и демонстрирует, что может действовать самостоятельно, это снижает стимулы для соблюдения квот у других. Даже без формального выхода начинается скрытое превышение добычи на сотни тысяч баррелей в сутки, что постепенно размывает всю конструкцию. В такой логике ОПЕК перестаёт быть картелем в строгом смысле и превращается в площадку для переговоров без гарантии исполнения решений.

Если ОАЭ добавляют хотя бы 0,51 млн баррелей в сутки сверх прежних квот, Саудовской Аравии приходится либо компенсировать это дополнительным сокращением (теряя десятки миллиардов долларов выручки в год), либо не сокращать и тогда рынок получает избыток, способный увести цену вниз на 1030%.

В обоих вариантах Эр-Рияд проигрывает: либо через объём, либо через цену. Тем более, что Саудовская Аравия держит бюджет примерно при цене нефти в районе $8090 за баррель. Плюс политический ущерб. ОАЭ ближайший региональный партнёр. Их выход без согласования означает, что Саудовская Аравия больше не контролирует даже соседей.

Для России последствия носят отложенный, но негативный характер. Пока сохраняется напряжённость вокруг Ормузского пролива и выпадает значительный объём поставок, высокие цены частично компенсируют риски. Но как только логистика стабилизируется, появление дополнительного предложения со стороны ОАЭ и возможная реакция СА создадут давление на рынок. Одновременно ослабление ОПЕК+ как механизма координации лишает Москву важного инструмента совместного управления предложением.

Для США ситуация двойственная. С одной стороны, ослабление ОПЕК снижает способность картеля удерживать высокие цены, что соответствует американской политике давления на производителей и теоретически может привести к более дешёвой нефти. С другой стороны, исчезновение управляемости означает рост волатильности. А значит, будут страдать либо нефтяники от низких цен, либо потребители от высоких цен на бензин. А политики от падения рейтингов.

Китай в этой конфигурации получает структурное преимущество. Как крупнейший импортер, потребляющий значительную долю глобального спроса, он выигрывает от любой фрагментации предложения.

После завершения войны с Ираном рынок столкнётся с избыточным предложением в диапазоне до 1 млн баррелей в сутки, которое не будет компенсировано коллективными сокращениями. Это почти гарантированно приведёт либо к ценовой войне, либо к постепенному снижению цен при попытках сохранить долю рынка. В обоих случаях ОПЕК утрачивает ключевую функцию управления.

Но главное - Ближний Восток переживает очередной раскол. ОАЭ уходит в американский лагерь, СА - в китайско-российский. Индия - пока не определилась. И что будет теперь с нефтедолларом? Создается интересная ситуация, которая чревата переходом сразу нескольких стран региона на торговлю нефти в юанях. Воспользуется ли этим Пекин? На эту тему будет попозже отдельный материал.