Россия. Тренды недели
Новейшее путинское время
Точка отсчета нынешней итерации российско-китайских отношений – это 2001-й год, когда Москва и Пекин подписали «важнейший межгосударственный договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве». 2001-й год – это время первого президентского срока Владимира Путина. То есть, нынешние крепкие отношения между Российской Федерацией и Китайской Народной Республикой – заслуга действующего главы нашего государства. На брифинге для прессы, по итогам переговоров с Си Цзиньпином, председателем КНР, что были на прошлой неделе в Пекине, Путин, по сути, обозначил принципы устойчивых и взаимовыгодных международных отношений в новейшее российское время.
Во-первых, важно создать «устойчивую систему взаимной торговли», которая не будет подвержена воздействиям со стороны мировых рынков и иных государств. Все необходимые операции следует выполнять в национальных валютах, что, собственно, Москва и Пекин осуществляют. Налицо тот самый процесс «дедолларизации», о котором так часто говорил Владимир Путин.
Во-вторых, РФ приоритетно развивать международные проекты в энергетике, в своей основной конкурентной отрасли. Конкретно с КНР, Россия применяет комплексный подход в отрасли. Здесь – продажа нефти, газа и угля, с акцентом на бесперебойные поставки, возможно, даже с некоторой скидкой в поддержание налаженных связей. Еще есть тема экспорта ядерных технологий, строительство новых атомных электростанций. Понятно, что за проекты по «мирному атому» отвечает государственная корпорация «Росатом». И есть «большой потенциал», со слов Путина, в «сотрудничестве в возобновляемой энергии» по низкоуглеродной генерации. Некоторая ставка на разработку альтернативных источников энергии можно связывать с ярко-выраженным акцентом на подходы ООН во внешней политике, что Москвы, что Пекина.
В-третьих, с энергетикой плотно увязывается транспортная составляющая. Причем, в двух вариациях, как развитие собственных коммуникаций – Транссибирская магистраль, Байкало-Амурская магистраль, Северный морской путь, так и отдельные совместные проекты приграничных масштабов. В обозначенном подходе присутствует конкретная логика: хочешь хороших и долгих отношений – в прямом смысле слова, протяни руку дружбы.
В-четвертых, ключевой фактор – совместная работа «во имя мира и всеобщего процветания» на признанных международных площадках, вроде Организации Объединенных Наций, особенно в структуре Совета Безопасности, и в рамках интеграционных объединений – БРИКС и Шанхайской организации сотрудничества. Единая позиция Москвы и Пекина по «насущным общемировым и региональным проблемам» способствует достижению общего консенсуса внутри интеграции.
Конечно, это не все принципы, которыми руководствуется Москва и Кремль во внешней политике в новейшее путинское время. Тут еще надо понимать, что принципы и подходы могут калиброваться в зависимости от второй стороны в международных отношениях. Что, допустим, срабатывает с КНР, может оказаться не совсем «козырной картой» в коммуникации с Индией, ЮАР или США. Постсоветское пространство – это вообще отдельная тема, со своими особенностями по каждому государству.
С другой стороны, есть общая черта – стремление к взаимной выгоде и тотальное соблюдение имеющихся договоренностей. Россия в XXI веке – это надежный партнер для всех и каждого. При условии, что наши друзья будут уважать нас, наши интересы и культурно-исторические традиции.
