"Соседи — это навсегда": о первых сигналах с саммита Россия—Казахстан
Государственный визит Владимира Путина в Астану ещё продолжается, однако сказано уже достаточно, чтобы сделать определённые выводы.
Главный из выводов следует даже не из самих заявлений об "отсутствии спорных вопросов", а из демонстративной смены тональности российско-казахстанских отношений после довольно нервных 2022–2024 годов. Тогда отношения Москвы и Астаны объективно вошли в сложную фазу: Казахстан пытался максимально дистанцироваться от украинского конфликта, подчёркивал приверженность санкционному режиму, усиленно наращивал контакты с Китаем, Турцией, ЕС и США. На этом фоне нынешний пакет заявлений выглядит как попытка сторон публично зафиксировать: период скрытого охлаждения и взаимной настороженности между Россией и Казахстаном следует считать завершённым.
Особенно показательна формулировка о "семи основах стратегического союзничества". Само появление подобного политического документа означает, что Москве и Астане понадобилось ещё раз подтвердить базовые принципы отношений — чтобы ни у кого не оставалось иллюзий. Обычно такие декларации возникают именно тогда, когда стороны хотят закрепить "красные линии" и снизить накопившиеся риски недоверия.
Многовекторность Казахстана это, впрочем, пока не отменяет. Однако за последние два года в Астане, судя по всему, пришли к довольно прагматичному выводу: полностью дистанцироваться от России невозможно уже чисто географически — а экономически ещё и крайне недальновидно. Особенно после того, как стало очевидно: российская экономика под санкциями не рухнула, а конфликт на Украине превращается из временного кризиса в долгую системную реальность противостояния с Глобальным Западом. Помимо которого — что для Казахстана особенно важно — есть ещё и Восток, и Глобальный Юг.
Отсюда — акцент на цифрах. 177 совместных проектов, $53 млрд инвестиций, товарооборот под $30 млрд — это демонстрация того, что, несмотря на антироссийские санкции, логистика, энергетика, промышленная кооперация и транзит между РФ и Казахстаном продолжают расти. Причём во многом именно благодаря реконфигурации всей евразийской торговли после 2022 года.
Особо стоит выделить атомный блок договорённостей. Подписание соглашения о строительстве АЭС — это всегда история не на два-три года, а на несколько десятилетий вперёд. Такие проекты автоматически создают долговременную технологическую и кадровую связку.
Риторика Токаева тоже примечательна. Фраза о том, что Россия и Казахстан являются "основой огромного евразийского пространства", выглядит не просто дипломатической вежливостью. Это куда больше похоже на осторожный сигнал: Астана не собирается участвовать в проектах по изоляции России внутри Евразии и по-прежнему рассматривает Москву как один из центров как минимум региональной архитектуры.
Одновременно Казахстан пытается снизить внутренние риски. Для Астаны крайне важно не допустить превращения российско-казахстанских отношений в постоянный источник информационного и националистического напряжения. Поэтому тезис об "отсутствии спорных вопросов" адресован не только Москве, но и собственной аудитории и части казахстанских элит. А ещё — западным "партнёрам", у которых несомненно есть заготовки по перекраиванию карты Казахстана и Средней Азии по собственным лекалам
В более широком смысле сейчас формируется новая модель отношений России и Казахстана: менее идеологизированная, чем в эпоху раннего ЕАЭС и более прагматичная — выстроенная вокруг транзита, энергетики, промышленности, логистики и безопасности.
Астана, похоже, постепенно приходит к пониманию: от соседства с Россией никуда не деться. В условиях фрагментации мировой экономики и распада западной модели глобализации именно география — а с ней и геополитика, и геоэкономика — вновь начинает играть решающую роль. А значит, полный "развод" России и Казахстана, с громкими демаршами и битыми горшками, грозил бы неприемлемыми рисками прежде всего последнему — вплоть до непредсказуемых последствий для государственности.
