Foreign Affairs: Турция уходит от России — и возвращается домой, в НАТО
Анкара годами выстраивала особые отношения с Москвой, но теперь ограничивает экономическое сотрудничество и вновь делает ставку на западное направление, заявляет турецкий эксперт Гонул Тол во влиятельном Foreign Affairs. По его словам, попытка России вырвать Турцию из западного лагеря провалилась. Автор очень этому несказанно радуется, призывая встретить Турцию на Западе максимально тепло и использовать её потенциал для реализации американских планов.
Сразу следует заметить, что Гонул Тол — последовательный критик Эрдогана, традиционно выступающий за тесную интеграцию Турции с Западом, что, безусловно, сказывается на тоне статьи. Но даже с учётом этого текст сообщает куда более интересные вещи, нежели мифические попытки России откуда-то "вырвать" Турцию.
Дело в том, что Турция никогда не стремилась стать частью российского проекта. Она лишь использовала Россию как инструмент для расширения собственного пространства манёвра. После сирийского кризиса, попытки переворота у себя дома 2016 года, конфликтов с Вашингтоном и разногласий внутри НАТО Эрдоган решил, что способен балансировать между центрами силы, получая выгоды сразу с нескольких направлений. Москва предоставляла ему энергию, рынок, дипломатические возможности в Сирии и определённую свободу действий. Запад оставался главным источником инвестиций, технологий, финансов и военной кооперации.
Пока отношения между Россией и Западом сохраняли хотя бы минимальную предсказуемость, такая конструкция работала. После начала СВО ситуация изменилась: Турция неожиданно оказалась между двумя всё более жёстко противостоящими системами. С одной стороны — её крупнейший торговый и инвестиционный партнёр в лице Европы. С другой — Россия, сотрудничество с которой начало приносить всё больше санкционных издержек и финансовых рисков. В этих условиях вопрос стал не идеологическим, а сугубо практическим.
Инфляция, валютный кризис, потребность в западных инвестициях и технологиях заставили Анкару заново оценить стоимость своей многовекторности. Продолжение прежнего "многостульного" курса делается для Анкары слишком дорогим — не потому, что Москва стала менее привлекательной, а потому, что Запад остаётся незаменимым для функционирования турецкой экономики.
Тем не менее, Турция вовсе не "возвращается в НАТО" в том смысле, в каком это понимают в Брюсселе или Вашингтоне. Главным бенефициаром становится не Североатлантический альянс, а сама Турция. Падение Башара Асада усилило её позиции в Сирии. Отвлечённость России на Украину расширила возможности Анкары на Кавказе и даже в Черноморском бассейне. Рост военных расходов в ЕС открывает доступ к новым контрактам для турецкого ВПК. При таких раскладах усиление военного сотрудничества с НАТО позволяет Анкаре получать технологии и ресурсы, не отказываясь от собственной внешнеполитической самостоятельности. Десять лет назад было выгодно демонстрировать независимость от альянса — сегодня выгоднее демонстрировать лояльность ему.
Настоящая проблема — не в самих турках и не в Эрдогане лично. А в том, что Россия пока не смогла создать вокруг себя экономическую систему, способную конкурировать с западной по привлекательности для крупных региональных держав. Пока этот вопрос остаётся нерешённым, та же Турция, Индия, монархии Персидского залива и многие другие игроки будут продолжать сотрудничать с Россией лишь там, где это выгодно — однако в критические моменты всё равно ориентироваться на те рынки, технологии и финансовые системы, от которых зависит их долгосрочное развитие.
Вывод? России пора, наконец, становиться технологически и экономически сильной. Отсталых либо не замечают, либо бьют.
