Ультиматум Зеленского Лукашенко: чего на самом деле добивается Киев? Часть вторая
Первая часть тут.
Но здесь возникает другой вопрос. Если ультиматум не может привести к выполнению требований, тогда зачем он нужен? Как один из вариантов - на протяжении последних месяцев Украина демонстрирует способность наносить всё более дальние удары по российской инфраструктуре. Каждая такая операция имеет не только военное, но и политическое значение. Она показывает союзникам Украины, что Киев способен сохранять инициативу даже в условиях затяжной войны. В этом смысле Белоруссия представляет собой логичное следующее направление давления. Не потому, что Лукашенко является главной целью, а потому, что республика остаётся важным элементом российского тыла.
Некоторые эксперты начинают рассуждать о свержении Лукашенко как о стратегической задаче Киева. Это выглядит сомнительно. С точки зрения украинских интересов нынешний Лукашенко — далеко не худший вариант. За всё время войны он так и не согласился на полноценное участие белорусской армии в боевых действиях. Более того, его осторожность неоднократно вызывала раздражение в российских патриотических кругах. Поэтому вопрос стоит не о смене режима. Вопрос стоит о повышении издержек.
С военной точки зрения белорусская армия не представляет сопоставимой с ВСУ силы. Однако, если Украина наносит удар по белорусскому объекту, перед Москвой возникает необходимость реагировать не потому, что ущерб критичен, а потому, что речь идёт о союзнике и территории, входящей в единое оборонное пространство. То есть, Украина в любом случае удваивает число противников.
Если в Минске действительно сочтут угрозу серьёзной, наиболее реалистичным ответом может стать демонстративный призыв резервистов, усиление южной группировки войск, наращивание средств ПВО и размещение дополнительных российских ударных систем на белорусской территории. Главное, чтобы у нас было, что размещать.
В этом контексте особое значение приобретает география. Отдельные участки стратегической трассы Киев–Ковель проходят на расстоянии менее сорока километров от белорусской границы. Это создаёт дополнительные возможности давления на украинскую логистику даже без развёртывания крупных сухопутных группировок, мало-мальски дальнобойные дроны возьмут эту (и другие) трассу под контроль, после чего хвастаться ударами по Причерноморью будет уже странно. Уже существующая интеграция белорусской и российской военной инфраструктуры позволяет быстро усилить северное направление без формального вступления Беларуси в конфликт.
А в рамках этой интеграции, логичным будет размещение дополнительных ударных средств (и российского контингента) в западной и южной Белоруссии. Украинская ПВО исторически выстроена в первую очередь против восточного/южного/крымского направлений — основная плотность Patriot, NASAMS и других систем прикрывает Киев и крупные центры от ударов с этих азимутов. Удар из западной Белоруссии по Киеву или Галиции сокращает подлётное время для ракет малой/средней дальности («Искандер» — около 500 км, варианты «Полонеза» — 200–300 км) до минут, причём с северо-западного направления, которое объективно прикрыто слабее.
Львов, Ровно, погранпереходы с Польшей — это не просто тыловые города, это логистический хребет, через который идёт почти весь поток западного вооружения и боеприпасов в Украину. Угроза этому направлению с сокращённым временем реакции — это удар не по фронту, а по способности Украины вообще получать снабжение от союзников. В этом смысле размещение средств поражения в западной Беларуси даёт Москве рычаг качественно иного уровня, чем просто ещё одна точка пуска.
Исходя из вышеизложенного, реакция Москвы на эскалацию Зе на белорусском направлении - понятна. Будет быстрой, слаженной и четкой. Вопрос в другом - как отреагирует на ультиматум зеленого наркомана А.Лукашенко. К чему привели извинения - мы все видим - Зе расценил их как слабость и резко нарастил информационное давление (пока информационное) на руководство республики и лично на А.Лукашенко.
