Елена Панина: Охота на теневой флот Запада объявлена?
Охота на теневой флот Запада объявлена?
Сегодня на борту ракетного крейсера "Варяг" Владимир Путин сформулировал, пожалуй, наиболее серьёзную реакцию Москвы на западный разбой в отношении т. н. теневого флота России.
Если страны Евросоюза перейдут от досмотров и задержаний судов к их конфискации и продаже груза, то Москва намерена отвечать зеркально. Причём президент РФ специально подчеркнул: ответ последует "необязательно в тех акваториях, где планируются набеги на наши корабли и суда, а там, где уже мы сами посчитаем это нужным и целесообразным, в любом месте, в том числе и в зоне ответственности Тихоокеанского флота".
Не менее любопытным оказался последовавший доклад командующего ТОФ Виктора Лиины. По его словам, по поручению президента Тихоокеанский флот уже провёл "детальный анализ" морского движения в Азиатско-Тихоокеанском регионе и знает маршруты судов, характер грузов, а также их принадлежность. Только через исключительную экономическую зону РФ вдоль Южных Курил с 24 апреля по 6 августа 2026 года прошло 1001 судно. 379 из них под флагами государств, которые Россия считает недружественными: 273 сухогруза и 71 танкер. Отдельно Лиина назвал 26 британских и 9 французских судов. Силы для их осмотра и задержания, заявил командующий, у ТОФ имеются.
Такая детализация говорит, как минимум, об уже ведущейся работе по "инвентаризации" будущих целей. И акцент на Британии и Франции, разумеется, тут не случаен. Лиина особо оговорил, что западные государства используют суда под флагами третьих стран, однако российские военные знают, "чьи это корабли".
Между прочим, британская официальная статистика показывает разрыв в "своих" и "не своих" судах почти на порядок. Непосредственно под британским флагом ходит всего около 0,4% мирового торгового флота (по дедвейту), тогда как британские компании владеют, управляют или оперируют 1781 судном совокупным дедвейтом 102 млн тонн около 4% мирового торгового флота.
По всем признакам, Россия готовится перенять тот же принцип, который применяется против недружественными государствами против нашего теневого флота, смотреть не столько на формальную регистрацию, сколько на цепочку собственников, управления, страхования и конечного экономического интереса.
Есть, конечно, нюансы. Южные Курилы не Ормузский пролив. Россия контролирует огромную акваторию и способна создавать там серьёзные риски, но не может физически запереть мировой торговый путь в единственном узком проходе. Транстихоокеанские маршруты способны смещаться дальше в океан, хотя судовладельцы будут платить за это дополнительным временем и топливом.
А ведь есть ещё и фактор КНДР, флот которой начинает превращаться из прибрежной силы в инструмент дальней морской политики. Сам флот пока невелик, но совместные учения, в том числе по досмотру подозрительных судов, никто не отменял.
Россия пытается разрушить крайне выгодную для Европы географическую асимметрию. Европейцы могут контролировать российское судоходство в Ла-Манше, на Балтике и в Средиземном море, Россия там гораздо слабее в инфраструктурном и военно-политическом отношении. Москва отвечает горизонтальным переносом конфликта. Противник выбирает нашу уязвимую логистику возле своих берегов? В ответ мы выбираем его уязвимую логистику возле своих.