Министр иностранных дел Российской Федерации Сергей Лавров дал большое интервью проекту Юлии Меньшовой
Министр иностранных дел Российской Федерации Сергей Лавров дал большое интервью проекту Юлии Меньшовой.
Часть третья.
Фразы из фильмов моего отца давно ушли в народ, и ваши крылатые фразы тоже широко известны, и это мы обсудим чуть-чуть попозже. Но вот диалог из фильма Москва слезам не верит, когда разговаривает Гоша с Николаем и говорит: Ну что там вообще в мире делается?
Стабильности нет, отвечает ему Николай. Я с удивлением узнала, что это одна из самых популярных фраз в коридорах МИДа.
Ну, я когда по коридору иду, я её не слышу.
Не слышите?
Но если говорить серьёзно, то вопрос героя Баталова Что в мире происходит? был задан, в общем-то, по сюжету после недельного пребывания в запое, в оторванном состоянии от новостей. Нам такая роскошь сейчас непозволительна.
Ну, а ответ Стабильности нет, он, по-моему, верен на все времена. Только это ведь была та часть фильма, где-то конец 70-х, да?
Да, 79-й год прошлого века.
По сравнению с тем периодом сейчас стабильности нет гораздо больше. Потому что то была холодная война, да, с элементами разрядки. Все понимали, кто за что отвечает, кому что положено. И вот этот биполярный, жёсткий мир, жёсткое мироустройство были всеми приняты.
А сейчас мы испытываем последствия распада Советского Союза, который, кто бы что ни говорил, кто бы ни ссылался на то, что Джордж Буш старший пытался отговорить Украину от выхода из Советского Союза, всё равно стратегически Запад был в этом заинтересован.
Он всегда был заинтересован в ослаблении нашей страны, Российской империи, Советского Союза. Как сейчас он заинтересован в ослаблении и расчленении России, чтобы здесь, на наших богатствах, похозяйничать.
Но сейчас мы видим, что Запад просчитался. Никакого искусственного сохранения своего доминирования, а оно продолжалось более 500 лет, быть не может.
Он должен отстаивать свои позиции в честной борьбе, а этого он не умеет делать. Никогда за всю свою историю Запад по-честному, не за счёт других, не жил, не выживал и не преуспевал.
И сейчас появляются новые центры уже многополярного мира. Китай, конечно, прежде всего самая мощная, быстрорастущая держава.
И все это видят. Но американцам и их союзникам не хочется просто так вот уходить в тень, и не хочется признать, что Китай их обогнал на основе тех правил, которые были заложены после Второй мировой войны в основу мировой валютно-финансовой и торговой системы.
Скажем, Китаю и другим странам БРИКС, включая Россию, уже положено гораздо больше голосов в акционерном капитале Международного валютного фонда, чем у нас есть.
А всё блокируется американцами, у которых есть право вето. То есть потеря Западом своей объективной способности всем руководить ведёт к тому, что они пытаются доминировать совсем нечистоплотными методами: санкциями, а то и прямым вмешательством, вплоть до военного вмешательства.
Они уже просто цепляются за последние возможности для сохранения своего доминирования. И отсюда, знаете, когда раненый зверь, а в историческом плане, конечно, Запад, особенно Европа, это очень сильно раненый зверь, становится гораздо опаснее.
Поэтому стабильности нет. Больше, чем её не было в 70-е годы.