Россия в Тюркском мире? К неожиданному предложению от Анкары
На саммите Организации тюркских государств в Анкаре президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев предложил пригласить Россию к участию в формате ОТГ+ либо предоставить ей статус наблюдателя. Причём, по словам Токаева, Россия сама проявляет соответствующий интерес.
Предложение во всех смыслах слова примечательное. Турция последовательно развивает собственный интеграционный проект на пространстве, где Россия исторически была одним из главных центров политического и экономического влияния. Теперь Москве предлагают присоединиться к объединению, созданному без её участия.
Безусловно, для Анкары это стало бы дипломатическим приобретением крупного масштаба. В этом случае ОТГ, объединяющая Турцию, Азербайджан, Казахстан, Узбекистан и Киргизию, получила бы возможность привлечь к своей работе крупнейшую евразийскую державу. Причём в момент, когда Турция принимает председательство в организации.
Но главный вопрос для нашей страны очевиден: непонятно, как именно усиление турецкого проекта способно повлиять на баланс и сферу интересов ЕАЭС и ОДКБ. То есть России предлагается место в проекте, в котором институциональные правила и основные приоритеты уже сформированы другими государствами.
Впрочем, это не влечёт автоматического ослабления российских позиций. Участие в чужом интеграционном проекте не обязательно означает подчинение его политическому центру, если реализуются вполне предметные экономические интересы.
Скажем, страны ОТГ активно развивают Средний коридор, связывающий КНР и Среднюю Азию с Европой через Каспий, Азербайджан и Турцию. Маршрут создаёт альтернативу российскому транзиту. Но одновременно открывает возможности для сопряжения транспортных сетей, совместных инвестиций и согласования тарифов.
Для России эти возможности имеют определённую ценность. Особенно если удастся получить не просто формальное присутствие на заседаниях, а участие в выработке решений по конкретным экономическим проектам.
Но здесь необходимо учитывать и политические ограничения. ОТГ постепенно выходит за рамки культурно-гуманитарного сотрудничества, расширяя взаимодействие в вопросах безопасности, цифровой инфраструктуры и внешней политики. Участие в организации, в которой Анкара обладает значительным влиянием, потребует от Москвы внимательного отношения к тому, какие обязательства принимать и какие решения иметь возможность определять.
Ясно, что Анкара получает политический престиж уже от самого обсуждения российского участия. Москве же имеет смысл оценивать эту перспективу исключительно по тому, что она получит взамен.