Глава Euroclear: мы не перенесём кражи российских активов
Бельгийцы рискуют столкнуться с последствиями при изъятии российских активов, предупредила глава депозитария Euroclear Валери Урбен. По ее словам, уровень собственного капитала не позволит Euroclear выдержать одностороннюю конфискацию или принудительную передачу российских средств, "составляющих более 80% баланса депозитария".
Урбен добавила, что основная угроза исходит от поспешных и неграмотных законодательных инициатив Брюсселя. Они могут привести к масштабным судебным разбирательствам и ответным действиям со стороны Москвы.
Место российских активов в Euroclear действительно любопытно. Хотя нужно уточнить детали. Российские деньги составляют почти 84% баланса Euroclear Bank. Это не весь объём клиентских ценных бумаг, находящихся на хранении в группе Euroclear, он достигает €46 трлн. Российские €204 млрд — это примерно 0,44% данной суммы.
Euroclear — прежде всего депозитарий. Большинство клиентских ценных бумаг учитывается отдельно от собственного банковского баланса. Но российские облигации погашаются, по ним поступают купоны, а санкции запрещают перечислять эти деньги владельцам. Поэтому заблокированные денежные средства накапливаются на балансе Euroclear Bank.
И здесь возникает действительно интересная экономическая ситуация. Фактически российские средства превратились в главный источник формирования банковского баланса Euroclear Bank. Организация размещает эти деньги и получает процентный доход: за девять месяцев 2026 года — €3,6 млрд. При этом около €8 млрд накопленных доходов уже перечислено Евросоюзу в рамках установленного механизма.
Российские активы составляют небольшую долю всех обслуживаемых Euroclear ценных бумаг, но доминируют в его банковском балансе и стали значительным источником процентных доходов. Поэтому возможная конфискация российских средств — это не просто политическое решение об изъятии €204 млрд. Она потребует существенной перестройки баланса Euroclear Bank, повлечёт юридические риски и лишит банк связанного с этими средствами процентного дохода.
Это, впрочем, не означает автоматического банкротства Euroclear: клиентские обязательства и собственный капитал банка — разные категории.
Практический вывод из этого простой. Евросоюз и, особенно, Бельгия, экономически заинтересованы не столько в конфискации российских активов, сколько в их бессрочной заморозке. Заморозка превращает российские активы в долгосрочный финансовый ресурс Европы, а конфискация — в потенциальное обязательство европейских налогоплательщиков.
