В новом выпуске рубрики «Не только Camellia sinensis» внимание привлекает непростой герой – русаковский чай, который был воспет в водевиле 1835 года «Ханский чай».
Автором этого произведения стал Егор Ипатьевич Алипанов, родом из поселка Людиновский завод в Калужской губернии. Будучи бывшим крепостным крестьянином, его судьба изменилась благодаря подвижничеству президента Академии Российской. Алипанов занимался сочинением народных стихов и басен, и его творчество привлекло интерес общества. Водевиль был написан, когда Алипанов работал управляющим на дачах графа Мордвинова, который, к слову, отпечатал 600 экземпляров пьесы и посвятил их «высокому покровителю» русского сельского хозяйства. Спектакль, состоявшийся 19 сентября 1835 года в Александринском театре, стал единственным в своем роде.
Чайная страсть Ивана Чаева
В центре сюжета – крестьянин Иван Чаев, который, проведя два года в Санкт-Петербурге, стал ценителем чая – но не простого, а самого дорогого «ханского» сорта. Вернувшись в родную деревню с самоваром и «чайным прибором», он с гордостью делится своими новыми привычками. Но тут ему предстоит столкнуться с предложением от односельчанина попробовать «русаковский чай». Чаев в восторге, признавая, что этот местный чай даже лучше, чем ханский: «Душистый! Какой приятный, густой!», – говорит он.
Вдохновленный этой находкой, Чаев начинает мечтать о том, как его огород зацветет чаевыми растениями, а местные купцы будут скупать его продукцию. Он уже видит будущее, полное самоваров и чайных чашек.
Разоблачение чая
Однако не все односельчане разделяют его энтузиазм. Один из них откровенно заявляет, что под «русаковским чаем» на самом деле подразумевается розовый лист и богородская трава – чабрец, который можно найти на полях. Этот простой ингредиент становится предметом насмешек, напоминая, что ханский чай, хоть и дорогой, не доступен для крестьян.
Чабрец, или тимьян, известен в России более чем сотней разновидностей, и его пряный вкус добавляет особую ноту к традиционному чаю. Его использование в качестве добавки стало частью этнографического наследия, получив широкое распространение в различных регионах.
