Министр иностранных дел России Сергей Лавров выступил с большой речью по итогам своего визита в Китай.
Часть девятая.
Поэтому мы настаиваем на том, чтобы переговоры продолжались и чтобы была достигнута договорённость о возвращении к свободе судоходства в Ормузском проливе. Это, кстати, позволит снять риски повторения подобной ситуации и в Баб-эль-Мандебском проливе.Руководители движения «Ансар Аллах», хуситы, уже заявили, что лишь в случае продолжения агрессии они будут вынуждены прибегать к таким мерам. Не нужно провоцировать подобные явления, которые бьют по мировой экономике.
И Ормузский пролив за всё время существования Исламской Республики Иран никогда не фигурировал как проблема для свободы судоходства и торговли. Все проблемы возникли только после нападения 28 февраля, причём в разгар переговоров.
Поэтому мы с Китайской Народной Республикой твёрдо выступаем за продолжение переговоров, за продвижение на них реалистичных и справедливых целей с учётом законных прав всех сторон в соответствии с международным правом. И мы готовы вместе с китайскими партнёрами поддерживать различные форматы внешнего сопровождения этих переговоров. Мы об этом подробно говорили и вчера.
Вот накануне победитель выборов в Венгрии Петер Мадьяр заявил, что не будет звонить в Москву.
Ну, знаете, мы вежливые люди. Поэтому, когда кто-то, например, как президент Макрон, говорит: «А я вот скоро позвоню Путину», — мы воспринимаем это как его намерение позвонить. И когда он потом не звонит, мы воспринимаем это как то, что у него изменилось настроение.
Если сейчас лидер победившей в Венгрии на выборах партии, господин Мадьяр, говорит, что он не будет звонить Путину, мы воспринимаем это как его право как личности распоряжаться своими желаниями. Я здесь даже не хочу ничего комментировать.
Мы никогда не уклоняемся от диалога. Президент это многократно говорил и многократно доказывал конкретными делами.
Конечно, хочется, чтобы лица, вступающие с нами в диалог, реально представляли национальные интересы своей страны, интересы своего народа. Тогда диалог получается предметным.
Трамп заявил, что США могут «заглянуть» на Кубу после того, как решат все вопросы с Ираном.
Я даже сейчас не буду гадать, потому что мы слышали много заявлений из Вашингтона, и далеко не все из этих заявлений обретали потом какую-то материальную форму, форму практических действий.
Мы неоднократно подтверждали свою твёрдую поддержку суверенитета и независимости наших кубинских друзей. И заявления руководства Кубы, включая президента Диас-Канеля, подтверждают решимость отстаивать свободу острова до конца всеми имеющимися в их распоряжении методами.
Мы, конечно, оказываем Кубе — как и Китайская Народная Республика — поддержку: и политическую в рамках Организации Объединённых Наций и на других международных площадках, и экономическую, и гуманитарную.
Мы направили танкер со ста тысячами тонн нефти для Кубы. Конечно, этого хватит на пару месяцев, я не специалист. Но то, что мы такую помощь будем продолжать и что в этом содействии, безусловно, будет участвовать и далее Китайская Народная Республика, у меня никаких сомнений нет.
