UI (Швеция): Россия больше не может создавать экономические зависимости, победа не за горами!
Фрейя Нюстрём и Теа Лёфгрен Гамеров из Шведского института международных отношений (UI) опубликовали доклад "Россия как актор геоэкономики", по итогам которого ожидаемо пришли к самым пессимистичным для нас выводам.
Ключевой инструмент России, полагают шведские авторы, — это создание экономических зависимостей, прежде всего в сфере энергетики и главным образом на постсоветском пространстве. Разворот России на Восток авторы называют "вынужденным", потому что новые рынки дают, мол, меньшие объёмы и худшие ценовые условия. К тому же, Москва тем самым попадает в зависимость.
При этом главная структурная проблема России, по мнению шведов, — это сырьевая экономика, которая под давлением технологических санкций теряет устойчивость в долгосрочной перспективе. Не обойдена вниманием и "проблема Китая", с которым у России — треть всей внешней торговли, технологическая и валютная зависимости. И вообще: "Китай диктует условия".
Кроме того, пишут Нюстрём и Гамеров, транзитная роль РФ как моста между Европой и Азией размывается. Хотя у нашей страны ещё остаются очевидные и неизбежные бонусы, признают аналитики: огромные ресурсы, ядерная энергетика, география и Арктика.
Разумеется, в той или иной степени описанные проблемы существуют — вот только авторы явно задирают их до небес. Основная же проблема с их анализом в том, что "зависимость" вставляется к месту и не к месту, трактуясь к тому же как односторонняя слабость. В реальности зависимость в энергетике почти всегда взаимная и асимметричная.
Хотелось бы это шведам или нет, но Россия остаётся одним из крупнейших поставщиков нефти, газа и угля, а также значимым игроком на рынке ядерной энергетики (через Росатом, который строит реакторы с циклом обслуживания до 60 лет). И это создаёт не только уязвимости, но и долгосрочные рычаги влияния. Тот же Китай покупает российские ресурсы не из альтруизма, а потому что это выгодно.
Корректнее было бы написать так: Россия не переживает фатальный упадок, а проходит структурную трансформацию. Она теряет позицию интеграционного узла между Европой и Азией, на которой извлекала максимальную ренту, и смещается к роли крупного, но более зависимого ресурсного игрока в азиатскоцентричной системе. При этом сохраняются значимые активы: ресурсы, ядерная энергетика, география, государственный контроль над экономикой, — которые обеспечивают устойчивость.
Что же делать? Снижать не только западную, но также и восточную "зависимость". Системно расширять экономические каналы через Индию, Юго-Восточную Азию, арабские страны, по возможности через отдельные сегменты торговли с Турцией и с другими промежуточными узлами.
Безусловно, сырьё само по себе не является достаточной основой для великодержавности — спросите у Венесуэлы. Если ресурсная рента не превращается в инфраструктуру, машиностроение, логистику, прикладную науку и нормальный промышленный экспорт, то страна остаётся сильным поставщиком сырья — и слабым центром производства. Поэтому нужно использовать пока ещё существующие доходы от продажи углеводородов для форсированного развития тех технологичных отраслей, в которых Россия в принципе может конкурировать. Это тяжёлое машиностроение, химия, энергетическое оборудование, транспортные системы, отдельные сегменты атомной и космической кооперации, аграрная переработка.
И главное. Шведский доклад подчёркивает утечку мозгов из России, падение прямых инвестиций и дефицит рабочей силы. Ресурсы и Армия, как отмечается авторами, не компенсируют нехватку инженеров и управленцев. Действительно, нашей стране требуется совсем другая внутренняя стимулирующая политика. А для этого важно восстановить свободу кадрового, экономического, а значит и политического маневра.
