Президент России Владимир Путин.
В Анкоридже действительно не было никаких договорённостей. Но хотел бы начать с другого. О том, о чём вы сказали, — о том, что европейские лидеры переубедили президента Соединённых Штатов по поводу событий, происходящих на Украине. Мне об этом ничего не известно. И сомневаюсь, что это возможно.
Имея в виду, что всё-таки президент Соединённых Штатов — это зрелый политик, более чем зрелый и опытный уже политик. Он второй раз во власти, что делает, я полагаю... Ну, наверное, все мы люди. Мы же все слушаем и наших оппонентов, и союзников, прислушиваемся и можем как-то корректировать свою точку зрения. Но так, чтобы совсем уж переубедить, во всяком случае, мне об этом пока ничего не известно. Я об этом ничего не знаю.
Да, и более того. Ведь этот так называемый дух Анкориджа хоть и не был облечён в какие-то формальные документы, никто не ставил никаких подписей, но мы обсуждали определённые возможности завершения конфликта на Украине. И компромиссы, которые обсуждались, — это как раз были те предложения, которые были обращены американской стороной к нам.
Нас просили пойти на компромиссы, сформулированные американскими переговорщиками. Мы согласились. Ну что же ещё? Нам предложили пойти на компромисс. Мы подумали не сразу, но приехали в Анкоридж и сказали: «Да. Согласны». Никакой другой позиции со стороны американской администрации мы не слышали.
Мы ожидаем после завершения всех событий, горячей фазы на иранском треке, приезда представителей администрации США, с которыми мы уже встречались в Москве неоднократно, и готовы продолжить переговоры и обсуждение всех деталей, всех модальностей наших, если не договорённостей, то обсуждаемых тем.
