Пять лет Виктор и Марина помогали его родителям содержать большой дом: оплатили материалы для ремонта крыши и новую систему отопления, привозили продукты и лекарства, приезжали на выходные работать. Когда родители решили продать дом, чтобы дать дочери деньги на первый взнос за квартиру, свекровь обвинила сына в расчёте на наследство. После этого супруги изменили правила помощи семье. У Виктора и Марины была своя квартира, ипотеку они закрыли досрочно. Оба много работали, поэтому любые крупные расходы обсуждали и планировали. Но дом родителей Виктора постепенно стал для пары второй работой. За пять лет там заменили крышу и отопление, занимались садом, дренажом и забором. Только наличными Виктор вложил около полутора миллионов рублей, не считая собственного труда. Новый котёл за 120 тысяч рублей он купил незадолго до семейного ужина. Сестра Виктора Оля на даче бывала редко: приезжала к готовому обеду, а затем уезжала с овощами. Мать объясняла, что дочери тяжело заниматься хозяйством, зато сыну полезно поработать. Однажды Нина Павловна объявила, что родители хотят переехать в двухкомнатную квартиру, а деньги от продажи дома отдать Оле на первоначальный взнос. Виктор возразил: он вложил в дом значительные средства и много сил, а теперь его улучшения повысят цену недвижимости, которой воспользуется сестра. В ответ мать заявила, что сын помогал не бескорыстно и рассчитывал получить долю в наследстве. Олю же она назвала бескорыстной — та ведь ничего не просила. После ужина супруги уехали. Марина предложила не прекращать общение, но больше не тратить выходные и деньги на содержание родительского дома. Если понадобится, они готовы оплатить специалиста, однако выполнять всю работу своими руками не будут. Проверка наступила через две недели: у родителей стала плохо идти вода из скважины. Нина Павловна попросила Виктора приехать и купить фильтры. Он отказался, посоветовал вызвать сантехника и отправил отцу контакт мастера. На следующий день Виктор перевёл ему 5 тысяч рублей на ремонт насоса: отец не был виноват в ссоре, а значительная часть его пенсии уходила на лечение суставов. Зимой Виктор также предложил оплатить уборку снега, когда отцу стало тяжело чистить дорожки. Мать отказалась от услуг посторонних, но в итоге наняла соседского парня. Оля не приехала. Продажа дома затянулась: без постоянного ухода он потерял часть прежнего лоска, а течь на веранде вызывала вопросы у покупателей. Цену снижали дважды, но сделки не было. Весной выяснилось, что отец изначально не хотел переезжать; он наконец настоял, чтобы дом оставили. Оля всё же купила небольшую студию в спальном районе, оформив ипотеку с высоким процентом. Родители продолжали просить Виктора приехать и заняться домом, но он предлагал оплатить работу мастеров. К тому времени супруги купили собственный участок со старым бревенчатым домом. На очередную просьбу помочь с деревьями и теплицей Виктор ответил, что они уезжают к себе, а деньги на краску и работу переведёт отцу. Отказ от бесплатной помощи не означал, что супруги перестали заботиться о родителях. Но после обвинения Виктор больше не соглашался считать свои время и труд безусловной обязанностью. Теперь выходные они посвящали собственному дому и делам, которые выбирали сами.
