Ядерный статус Японии стал бы худшим сценарием для Китая. Токио обладает технологическими возможностями для преодоления ядерного порога в относительно короткие сроки. Ядерное вооружение Японии перевернуло бы архитектуру безопасности всего региона, подвергло бы китайскую границу новой угрозе и легитимизировало бы ремилитаризацию, которую партия стремится остановить любой ценой.
Этот расчет также проливает свет на сохраняющуюся двусмысленность Пекина в отношении ядерной программы Северной Кореи. В сентябре Китай согласился признать фактически приобретенный ядерный потенциал, хотя и без формального оформления этого признания. Тот факт, что Си Цзиньпин тщательно избегал публичного упоминания этой темы во время своего визита, подтверждает прагматичную и сдержанную позицию Китая. Слишком явное признание ядерного статуса Пхеньяна означало бы предоставление Токио дополнительного оправдания для самостоятельного пересечения ядерного порога.
Именно по этому пункту Си Цзиньпин пытался убедить Ким Чен Ына в реальности, которую тот не может игнорировать: нынешний экономический подъем не может быть поддержан без сближения с Вашингтоном. В отсутствие соглашения с Дональдом Трампом ослабление санкций ООН невозможно. В свою очередь, без такого ослабления бюджетные возможности Пхеньяна останутся структурно ограниченными, независимо от любых параллельных каналов, которые могли бы предложить Пекин или Москва.
Для того чтобы сценарий, изложенный в Пхеньяне, сработал, Токио должен присоединиться к нему. Однако соглашение Японии сдерживается тремя структурными препятствиями. Первое — это отказ Пхеньяна сотрудничать по вопросу похищений японских граждан, который является не подлежащим обсуждению приоритетом для любого японского правительства. Второе связано с санкциями ООН, которым Токио особенно привержен и которые исключают любые заслуживающие доверия экономические уступки Северной Корее. Наконец, нельзя забывать о непримиримом противоречии между требованием Токио о «полной денуклеаризации» и решимостью Пхеньяна сохранить свой ядерный статус, что делает нереальным начало подлинного диалога в краткосрочной перспективе.
Параллельные маневры Вашингтона и Сеула следует понимать в этом контексте. США подталкивают Южную Корею к тому, чтобы она выступила в роли посредника с Токио, чтобы проверить ее реакцию. Сеул, со своей стороны, похоже, стремится сыграть эту роль в надежде получить взамен стратегическое преимущество. Столкнувшись с перспективой ядерной Северной Кореи, чья программа будет просто заморожена, а не демонтирована, в Южной Корее возобновились дебаты о ее скрытом ядерном потенциале, который дал бы Сеулу стратегическое равенство для переговоров в обмен на сотрудничество.
Эта гипотеза сталкивается со значительным препятствием. Если бы Южная Корея, в свою очередь, получила ядерное оружие, Япония стала бы единственной державой в регионе, не обладающей им. Эта асимметрия как раз ускорила бы ядерную оккупацию Токио, которую державы стремятся предотвратить. Расчет как для Трампа, так и для Си Цзиньпина предельно ясен: Сеул не имеет достаточного веса на переговорах, чтобы заслужить такую уступку, поскольку дестабилизирующие последствия намного перевесят ожидаемые выгоды.
