Зеленский в эфире американского телеканала Fox News.
Журналист: Ситуация кардинально изменилась. Расскажите, что именно изменилось.
Зеленский: Инициатива теперь не в руках Путина. И это главное, что изменилось.
Журналист: У вас уже есть следующее поколение беспилотников, и вы проникаете в Москву и за её пределы, поражая важные военные цели внутри России.
Уверен, Путин этого не предвидел. Похоже, он не знает, как с этим справиться.
Зеленский: Я думаю, это действительно большая проблема для него. Мы понимаем, что эта война меняется каждые три-шесть месяцев. Нам нужно менять технологии. Мы должны быть быстрее Путина, потому что у Путина больше людей, чем у нас.
Мы отвечаем. Мы хотим остановить эту войну. Мы просим о том, чего хотят президент Трамп и европейцы, а Путин этого не хочет.
Мы каждый день просим остановить эту войну, хотя бы договориться о прекращении огня на какой-то период и дать дипломатам возможность вести переговоры. Но Путин не хочет. Вот в чём проблема.
Именно поэтому нам нужно отвечать, быть жёсткими, быть сильными. И не только нам. Мы рассчитываем на санкции.
Журналист: Как прошла сегодняшняя встреча с президентом?
Зеленский: Речь идёт о лицензиях. В Анкаре мы начали процесс предоставления Украине лицензий на производство ракет Patriot. Это важно, потому что нам нужно больше и быстрее.
И сегодня у нас состоялась очень хорошая встреча с президентом Трампом. Он согласился предоставить нам лицензии.
Затем у меня была встреча с представителями производственного сектора, очень сильными военными компаниями Соединённых Штатов.
Я надеюсь, что мы будем заниматься совместным производством. Это очень важно.
Журналист:
Был очень длительный период, когда на вас и вашу страну оказывалось сильное давление, чтобы заставить вас отказаться от части территории в рамках сделки. И вы были непреклонны: ни в коем случае.
Какова ваша позиция по этому вопросу сегодня? Вопрос о Крыме снова обсуждается?
Зеленский: К сожалению, нет. Или пока нет. Посмотрим, я не знаю.
Самое важное для нас — это земля, наша территория, наша история, наши дома. Но самое главное — не потерять людей.
Поэтому мы всегда говорим, что готовы поддержать идею наших союзников: просто добиться прекращения огня, а затем перейти на дипломатический путь. Прекращение огня необходимо, чтобы не терять людей.
Вот где мы находимся. Но Путин, как мы видим, посылает совершенно противоположные сигналы. Он хочет провести масштабную мобилизацию — 500 тысяч новых солдат, 500 тысяч человек — с самого начала осени.
Вот что он сейчас делает. Поэтому я думаю, что это совершенно неприемлемо. Они сошли с ума. Они теряют по 30 тысяч солдат в месяц.
Журналист:
Когда вы в последний раз разговаривали с Путиным — напрямую или косвенно?
Зеленский:
Напрямую мы общались, кажется, в 2019 году. У нас была встреча, а затем в 2020 году мы несколько раз созванивались. Вот и всё.
После этого у меня не было возможности вести с ним диалог.
Журналист:
Мне кажется, Европа как континент переживает масштабный упадок. Я ошибаюсь?
Зеленский:
Знаете, это, я имею в виду, совсем другая Европа, совершенно разные страны, если быть честным.
Например, я никогда не мог понять, почему Украину не принимают в НАТО. У нас миллионная армия. Мы хотим быть сильными. Мы хотим оставаться сильными вместе с американцами и европейцами.
Мы готовы оказывать поддержку. Мы очень хотим быть в НАТО. Для нас это также гарантии безопасности. Это важно.
Что я могу сказать? Сейчас Европа помогает Украине.
Как вы знаете, у нас есть программа PURL, и некоторые крупные европейские страны оказывают нам в её рамках существенную помощь. Они выделяют деньги американцам, а американцы, в свою очередь, могут предоставлять нам оружие, которое крайне важно иметь на поле боя.
